02:45 

Собственник

draw-is-k
Гробик - это киборг наоборот
1. Фандом - Das Ich/Skorbut
2. Пейринг - Бруно Крамм+Даниель Гальда
3. Рейтинг - NC-17
4. Жанр - кажется, ПВП.
5. Комментарий - встретились спустя 5 лет после разрыва...
6. Предупреждение -
7. Дисклеймер - события вымышлены от и до. Но Даниель весьма нередко видится с герром Краммом в реале.


Собственник


Магазинчик был маленьким, но при этом здесь всегда можно было найти лицензионный музыкальный софт, который невозможно раздобыть больше нигде. Большого количества посетителей не наблюдалось, так как товар имел всё же определённую специфику. Любителю было бы сложно разобраться. Но профессионалы всегда находили то, что искали.

Бруно выбрал несколько дисков и направился к кассе. Почти в это же время какой-то тип, рассматривавший неподалёку диски с семплами, тоже сделал выбор и повернулся к кассе. Бруно даже улыбнулся от смущения. Какое совпадение, а! едва ли не столкнулись… Незнакомый тип помедлил, тоже растерявшись. Потом всё же решил воспользоваться предоставленной возможностью и первым подошёл к кассе.

Улыбка сошла с лица Бруно. Эта походка. Этот наклон головы. И профиль. Да, точно. И почему сразу не узнал? Он же не так сильно изменился…

- Даниель? – негромко.

Тип недоверчиво оглянулся после небольшой заминки.

Даниель… Дани. Столько лет. Как ты повзрослел. Какой ты стал… Бруно нервно и кривовато улыбнулся и выдал:

- Вот так встреча, да?

Даниель медленно улыбнулся в ответ. Узнал? Ну узнал же? Бруно подался немного вперёд, будто хотел схватить за плечи и выкрикнуть своё имя.

- Привет, Бруно. А я-то думаю, почему лицо такое знакомое? – проговорил Даниель.

- Я тебя тоже не сразу…. – Бруно порывисто протянул руку. Даниель пожал. Всё такие же широкие сильные и горячие ладони. Всё осталось, как было. Только, кажется, он ещё немного вытянулся. Куда дальше-то? Ты ведь музыкант, Дани, а не баскетболист. И плечи стали шире. И лицо грубее. Тот утончённый стройный мальчик в виниле, которого Бруно растил и точил под себя, растворился в тестостероне. Или ты стал таким назло? Намеренно и по собственному желанию. Уничтожил МОЁ творение...

Кассир терпеливо ждал, немного с ленцой глядя на странную парочку. Один низенький и кругленький, в чёрной «ковбойской» шляпе, из-под которой выглядывают тёмные волосы средней длины с двумя ярко-малиновыми прядями. Другой – высокий и здоровенный, с пучком дредов на обритой голове, чем-то напоминающий спортсмена или гангстера, в том числе и расхлябанной «уличной» одеждой.

А впрочем, в этот магазинчик подчас приходят и более занятные личности.

Спохватившись, Даниель кивнул в сторону кассы:

- Ну так ты это…что ты там купить хотел? Давай уж. А я за тобой.

Бруно улыбнулся и повернулся к кассиру. Выкладывая свои диски на прилавок, он спросил:

- А кстати, что ты-то берёшь?

- Да тут вот семплы для ЕВМ и синтипопа, - Даниель повертел в руках выбранные диски.

Бруно обратился к кассиру, доплачивая необходимую сумму:

- Это за его диски.

Даниель возмутился было, но Бруно повернулся к нему, улыбаясь той милой улыбкой авторитарного человека, которая обычно обозначает лишь одно – «и никаких мне возражений».

- Зря ты, - пробормотал Даниель, уставившись на свои диски, которые всё ещё вертел в руках, - ну что это ещё такое?...

- Это? Это просто так, - Бруно смотрел на него и чувствовал, что всё, чего он хочет – подойти, стиснуть в объятиях, положить голову ему на грудь и ничего не говорить. Но он сказал:

- Слушай, Даниель, может, посидим где-нибудь, поболтаем? Ведь столько не виделись…Лет шесть?

- Да, около того…- Даниель поднял голову, - Ну пошли, но только на сей раз я плачу.



***

Бар, в который привёл Даниель Бруно, оказался маленьким и дымным. Над стойкой висел вмонтированный в потолок телевизор, на котором транслировался футбольный матч. Сидевшая у стойки толпа здоровенных мужиков шумно комментировала происходящее на экране.

Бруно неловко ёрзал. Он чувствовал себя здесь чужим. Какое-то всё чересчур… мужское…

Даниеля, впрочем, ничего не смущало. Судя по его спокойствию и расслабленности, он частенько сюда захаживал. Сейчас он сидел напротив Бруно за маленьким столиком, откинувшись на спинку стула и расставив ноги в штанах-«милитари». Бруно понимал, что он просто пялится на Даниеля. Нагло и откровенно пялится. Но ничего не мог с собой поделать. Смотрел и смотрел.

И почти не трогал пиво, хотя оно было здесь вовсе недурственным. Даниель пил молча и, казалось, даже угрюмо.

- А ты…эм…часто в том магазине бываешь? – спросил Бруно, чтобы хоть как-то нарушить тишину.

- Да нет. Я семплы обычно сам делаю. Просто вот решил послушать, поискать идеи…

- А как ты вообще? Ну…живешь как? Женился хоть?

Даниель усмехнулся, глядя в столешницу. Хочу поцеловать эти ресницы, подумал Бруно. Сейчас же. Плевать на мужиков с их грёбаным футболом. На нашу размолвку. На этого чёртового Йорга, запудрившего Дани мозги какими-то золотыми горами или чем там ещё. На всё плевать. Хочу его. Всегда хотел.

- Нет, не женился. А вообще – да нормально я. Как все.

Рука Бруно скользнула через стол, стиснула крепкие пальцы Даниеля.

- Господи, Дани, как я соскучился… - прошептал Бруно, прижимая эти пальцы к своим губам. Даниель быстро глянул по сторонам и мягко забрал свою руку, процедив:

- Не здесь же… Чёрт…

Бруно немного наклонился к нему и зашептал:

- Дани, поехали ко мне… Или к тебе. Или комнатку в мотеле снимем. Всё, что угодно, хоть к чёрту на рога…Я так соскучился…Хочу побыть с тобой…

Даниель посмотрел на него своими чёрными проницательными глазами. Которые сейчас стали немного усталыми. Или может быть, равнодушными. Бруно был готов к отказу, к насмешкам, к оскорблениям. К тому, что он сейчас просто фыркнет, встанет и уйдёт. Но Даниель проговорил:

- Придётся ловить такси. Надо было пить уже после…

Так просто? Так спокойно? Как будто ничего не было – не слишком-то деликатного расставания, многолетнего молчания, разошедшихся путей, холодной войны, Йорга с его принципами и интригами.

Да, Бруно. Всё вот так просто. Мы оба с тобой знали, что не сможем расстаться навсегда. Мы оба с тобой ждали этой встречи. И мы оба знаем, что окажемся в постели. Не потому, что мы не можем отказаться, не забыли своего прошлого или слишком пьяны. Просто потому, что так оно всё и будет. И мы не хотим противиться этому.



***

Мотель нашёлся как по заказу быстро. И свободным оставался – ах, надо же! – всего один последний номер с двуспальной кроватью. Может быть, портье просто издевается? В подобные заведения часто приезжают такие вот мужские парочки – один аккуратненький, мягкий, «белый и пушистый», с ровно подстриженными и даже подпиленными ногтями, и второй – брутальный и молчаливый, руки в карманах, толстая мощная шея, широкий торс. Надо иметь либо мало опыта в работе портье либо абсолютно не разбираться в людях, чтобы не понять, что парочка вовсе не собирается спать.

Едва переступив порог комнаты. Бруно сразу же развернулся к Даниелю, обнял его за талию и, чуть привстав на цыпочки, впился жадным поцелуем в его губы. Даниель чуть отодвинулся, проговорив:

- Не так быстро. У нас уйма времени…

С этими словами он снова поглядел на Бруно, погладив пальцами по подбородку, и поцеловал спокойно, сильно, безапелляционно. Бруно закрыл глаза, затихнув, как кролик перед удавом. Не верилось, что когда-то он сам был «сверху». Разве возможно, чтобы такой тестостероновый самец был…как там говорят геи… пассивом? Хотелось сдаться, растаять, расплавиться. Пусть делает, что хочет. Хочет – грубо, хочет – даже жестоко. Как угодно. Сколько угодно.

Даниель отодвинулся немного, положив широкие ладони на плечи Бруно. Потом снял с него шляпу. Прыснул со смеху. Добродушно. Почти ласково.

- Это новый стиль у вас такой? – потеребил он малиновые «хвостики».

- Да у тебя тоже причёска забавная, - не остался Бруно в долгу, легонько дёрнув один из дредов за кончик.

Они помолчали, глядя друг другу в глаза. Потом Даниель произнёс:

- Ну, мы так и будем здесь стоять?

Бруно словно очнулся, и повертел головой по сторонам. Из мебели – только тумбочка, два стула и кровать. Поставить стулья друг напротив друга, сесть и играть в гляделки? Кажется, само провидение за то, чтобы они как можно скорее оказались в постели. И они оказались. Просто улеглись, прямо в одежде, и лежали, обнявшись. Бруно едва ли не мурлыкал, положив голову Даниелю на грудь. Даниель поглаживал его по плечу и задумчиво смотрел в противоположную стену.

- Дани. Почему мы расстались, а? – тихо спросил Бруно, не открывая глаз.

- Дураками были оба. Хотя, дураком скорее был я, - спокойно ответил Даниель.

- Вернись, - прошептал Бруно. Даниель легонько улыбнулся, опустив ресницы. Бруно сел, глядя на него сверху вниз.

- Нет, я серьёзно. Зачем тебе эта твоя группа без будущего? Вернись в Das Ich.

- Но тебе же не нравилось то, что я делал. Слишком, как ты там говорил…Техногенно?

- Ерунда. Сейчас стиль у нас немного поменялся. Да и элементы ЕВМ вполне могут оказаться органичными. И потом…

- А твой этот... Каин или как его там? Куда ты ему прикажешь деться?

Бруно помолчал. И с воодушевлением заговорил:

- А Марка вполне можно посадить за барабаны. Ему и подойдёт, да и нравиться больше будет, чем за синтом стоять. В конце концов, в Das Ich когда-то уже было четыре человека. И всё может быть по-старому. Только вместо Якоба – Марк.

Даниель поднял свою длинную сильную руку и легонько прикоснулся пальцами к губам Бруно.

- Тссс… Перестань. Успокойся. Ты же должен понимать, что в одну реку нельзя войти дважды…Ничего не будет как прежде. Всё ведь так изменилось. И мы с тобой тоже…

- Но… - начал было Бруно. Даниель притянул его к себе и поцеловал в губы. Они медленно обнялись и целовались долго, самозабвенно, сначала осторожно, а потом всё жарче, пока Бруно не впился ногтями в загривок Даниеля. Даниель чуть отстранил его, быстро расстёгивая ремень своих брюк. Бруно убрал его руки и продолжил раздевать его сам. Замирание сердца и эйфория, как в детстве, когда разворачиваешь долгожданный рождественский подарок.

- Бруно… - запротестовал было Даниель, но его никто не слушал. Бруно хотел видеть его абсолютно голым. Даже носки стянул. Весь, полностью, нагой, как древнегреческий бог. Техногенный бог. Как там пелось в песне этой группы, в которую ушёл Даниель? «Зови меня Токсическим Иисусом». Юношеская стройность античной статуи немного расползлась, переплавилась в нечто менее идеальное, но более живое. Взрослый крупный мужчина, с густой порослью на солнечном сплетении, с дорожкой чёрных волос ниже пупка. На внутренней стороне бёдер чёрные завитки спускались от паха вниз, постепенно превращаясь в едва заметный пушок.

Бруно целовал Даниеля в губы, улегшись на его широкое, мощное тело, словно на диван, а пальцами осторожно гладил его живот, бёдра, ноги, намеренно оттягивая момент более откровенных ласк. Даниель закрыл глаза, обнял его, гладил по спине своими широкими лапищами. Возбудился он почти мгновенно, и Бруно успел даже испугаться его размеров. Отвык за эти годы и успел забыть. А Дани, кажется, вытянулся не только в высоту…

Бруно спустился ниже, целуя грудь, напряженные тёмные соски, живот. Даниель замер и ждал, шумно вздыхая. Бруно сперва поиграл с его членом пальцами, трогая губами, языком, дразня и наслаждаясь. Даниель пробормотал что-то требовательно-просительно. И Бруно перестал его мучить. Он лежал между его ног, ласкал со всей своей нежностью, постепенно добавляя силы и скорости. Даниель изредка охал, совсем тихонько. Прикасался к его округлым плечам. Бруно закрыл глаза, гладил Даниеля по животу кончиками ногтей, и кожа под этими прикосновениями подрагивала, как у крупного хищника семейства кошачьих. Широкая пятерня легла Бруно на затылок. Словно стремясь прижать сильнее или же подгоняя. Бруно и так брал очень глубоко, всасывал и играл языком с уздечкой. Даниель едва заметно прогнулся в пояснице, запрокинув голову и открыв рот. Сквозь его шумное дыхание иногда прорывался едва слышный стон. И вдруг он пробормотал, отстраняя Бруно:

- Стоп-стоп-стоп, погоди…

Отдышавшись, прошептал:

- Не надо так…А то слишком быстро кончу…

Бруно подполз ближе, целуя его шею и шепча:

- Ничего страшного. У нас вся ночь впереди…

Он опустил руку вниз и стал ласкать ею мокрый упругий член. Медленно и размеренно, но умело. Даниель забрался к нему в брюки рукой и тоже принялся ласкать. Они целовались, закрыв глаза и ощущая друг друга остро и пряно, словно запах грозы. Бруно позволил Даниелю спустить с него брюки и расстегнуть рубашку. Хотелось, чтобы Даниель немедленно опрокинул его на спину и со всей своей мощью и острым мужским запахом навалился сверху. И чтобы не занимался любовью, а трахал. Но Бруно терпеливо ждал и наслаждался каждой секундой. У них вся ночь. Как этого мало.

Даниель ласкал член Бруно ртом сильно и чётко, даже немного болезненно. Бруно кусал губу и сдерживался, сколько мог. Но потом не выдержал.

- Дани…ну хватит…трахни меня уже… - едва ли не прорычал Бруно, удивляясь собственному голосу. Даниель молча поднялся на колени, подтянув к себе Бруно за бёдра. Бруно немного смутился классической позе. Хотелось бы лицом к лицу. Хотелось бы кусать его губы, всасываться в его язык…

Пальцы у Даниеля крепкие, болезненно вдавливаются в кожу. Интересно, синяки останутся или нет? Двигается сильно, ритмично. Шумно, отрывисто сопит носом. Бруно упёрся лбом в свои ладони, коротко, тихо вскрикивая от каждого его движения. Голова плыла, а под сомкнутыми веками вспыхивали искорки. Немного больновато. Даниель слишком крупный. Но нет сил разлепить губы и произнести что-нибудь осмысленное вроде просьбы сбавить обороты. Пусть делает что хочет, как хочет и сколько хочет.

Даниель выходил почти полностью и с шумным выдохом входил снова до упора. Бруно вздрагивал и тихонько вскрикивал. Не шевелился и не протестовал. Даниель лёг сверху, обхватив его плечи, двигался теперь одними бёдрами, быстро и резко. Кровать ритмично скрипела. Но вдруг Даниель с усилием сбавил скорость и вышел. Бруно неожиданно для самого себя недовольно простонал. Оставалось ещё совсем чуть-чуть…

Даниель молча перевернул его на спину одной рукой, оседлал бёдра, опираясь на колени, чтобы Бруно не было тяжело. Обхватил рукой оба члена, стал быстро их мастурбировать, медленно откидывая голову назад. Бруно закусил губу и прикрыл глаза. Пальцы Даниеля могли свести с ума. Сильные, но осторожные.

Кончили они одновременно. Бруно ахнул в голос и услышал судорожный вздох Даниеля. Потом рядом опустилось большое сильное тело, от которого жарко пахло тестостероном и горячим мужским потом. Широкая ладонь принялась медленно и плавно размазывать сперму по животу Бруно. Тепло и холодок. Гладко и скользко. Почти как массажное масло.

- Дани… - прошептал он, слегка удивившись.

Потом повернул голову набок и мягко погладил его губы своими. Такие гладкие и тёплые губы.

Они лежали рядом и молчали. В душ идти смертельно не хотелось. Потом. Всё потом. Бруно приластился к горячему боку Даниеля, положил руку ему на плечо.

- Хм…а ты можешь преподносить сюрпризы…

Даниель лениво улыбнулся, погладив Бруно по бедру.

- Вернись, - снова прошептал Бруно через несколько минут сладостной тишины.

Даниель перекатился на спину и смотрел в потолок. Прямой профиль с чётким подбородком и фигурно очерченной линией губ. Бруно вдруг почувствовал, что давно не плакал. А так хочется иногда. Например, сейчас. Но закусил губу.

- У тебя сигареты остались? – спросил Даниель.

- Да. В пиджаке, - немного растерянно ответил Бруно.

Даниель встал. Высоченный, широкий, с плавным наклоном шеи. Когда-то прямой и стройной, как дорическая колонна. А сейчас мощной и сильной. Он прошёлся по полутёмной комнате, почти беззвучно. Достал из кармана пиджака сигареты и ушёл на балкон, ничего и никого не стесняясь. Бруно проследил за каждым его движением. Но не вставал. Смотрел, как Даниель курит за стеклянными дверцами. Он курил долго. А Бруно ждал, сколько мог. Даже сам хотел встать и пройти к нему на балкон. Потребовать – уже не попросить – а потребовать вернуться.

Бруно почувствовал злость. Этот Йорг. Маленькая бездарность и выскочка с непомерными амбициями и самомнением. Всему, что он знал и умел, он обязан Бруно! И хватило же наглости увести Даниеля в свой проект. Банальный и никчёмный. И не только в проект… Увести. Взять и забрать чужое. Забрать и не отпускать. И после этого ещё смел Бруно называть собственником! Даниелю надо понять, наконец, кому он ПРИНАДЛЕЖИТ. Ему стоит сказать, что если он и дальше будет упрямиться, то у Бруно хватит связей и влияния перекрыть его группе кислород полностью. Сам прибежит. Приползёт. Бруно мотнул головой. Не приполз же за все эти годы.

Нет. Он не принадлежит. Он ничей.

Манекен за стеклом.

Бруно повернулся набок, чуть согнув колени. Он хотел просто полежать и посмотреть в стену. Но постепенно провалился в дрёму, перетекшую в сон. Он не слышал, как Даниель тихо передвигался по комнате, осторожно собирая свою одежду. Он не слышал, как Даниель ушёл.

Он никогда не чувствовал себя таким одиноким, как утром после этой ночи. Он забыл спросить телефон.

Бруно стоял в ванной перед раковиной, слушал шум льющейся воды и задумчиво следил за одинокой слезинкой, скользившей по щеке.



***

Всё – чёрное, малиновое и кислотно-зелёное. Кислота в звуке. Кислота под языком.

Даниель сидел на угловом диванчике в чилауте ночного клуба. Роберт трепался об очередной бабе, поминутно отхлёбывая виски из приземистого стакана, а потом, отставив его, размахивал рукой с сигарой. Другую руку, забывшись, держал на колене Даниеля. Привычка.

- Ну, что я говорил! – Йорг появился стремительно и неожиданно, вломился, как маленький вездеходный джип. На стеклянный столик шлёпнулся глянцевый журнал. В полумраке проступало название NegaTIEF. Йорг бухнулся на диванчик напротив, скрипнув кожаными штанами.

- Почитайте вот тут вот, - он быстро отлистал страницы, - а? Ну что я вам говорил? Написал этот Крамм про нас всё-таки в своём журнальчике! Совести не хватило и дальше нос воротить! Я же вам говорил, куда он денется! Ха! Тоже мне! Я же говорил!

Даниель безучастно следил за тем, как Роберт с увлечением изучает статью про Skorbut, изредка усмехаясь. У него паскудная усмешка отпетого негодяя и сердцееда. Ему идёт. Йорг сидит напротив, скрестив руки на груди и победно улыбаясь. На прямоугольных стёклышках очков лежит блик. Глаз не видно.

Даниель встал.

-Ты куда? – спросил Йорг.

- Отлить, - буркнул Даниель.

Пересёк танцпол. Дал прикурить какой-то виниловой цыпочке. Она смерила взглядом, отходя в сторону. Может быть, за сегодняшний вечер они ещё пересекутся. И может быть даже по-быстрому потрахаются где-нибудь в укромном уголке. Может быть даже стоя – она прижатая к стене грудью и животом, а он сзади. Может быть, она даже всучит свой телефончик. Который он потеряет через пару минут.

Даниель закрыл за собой дверь туалета и прошёл к умывальнику. В ушах звенело от громкой музыки и тишины. В груди что-то давило. Тошнило. Чёртовы «марочки». Чёртов Йорг. Чёртов Бруно.

Даниель открыл воду, набрал полные пригоршни и с силой растёр ледяную влагу по лицу. Не помогло. Ещё. Не помогло. Заплакал. Не дольше, чем на пару секунд. Стало легче. Как будто тошнило и вот вырвало. Какой-то мужик у писсуара оглянулся с удивлением. Смерил массивную фигуру Даниеля взглядом и отвернулся от греха подальше.

Даниель умылся снова. Поднял лицо и посмотрел на себя в зеркало. Безучастно и отрешённо. Задумчиво следя за капелькой, скользившей по щеке.



24.09.06


@темы: Skorbut, PWP, NC-17, Das Ich, CROSSOVER

Комментарии
2010-08-03 в 01:26 

Как-то печально закончилось..
Но в целом очень даже..)

     

German Gothic Slash Fiction

главная